Журнал «Международные коммуникации»

Издание Факультета международной журналистики МГИМО МИД России

Журнал «Международные коммуникации»

Новости МГИМО

2 апреля 2021

Руководители научно-исследовательских институтов Узбекистана в МГИМО


2 апреля МГИМО посетили директор Международного института Центральной Азии А.Д.Насиров, директор Информационно-аналитического Центра международных отношений при МИД Республики Узбекистан Д.Д.Курбанов и начальник Главного управления стратегического анализа и планирования МИД Узбекистана Ф.И.Турсунов.
1 апреля 2021

Визит посла Швеции в России М.Мард


1 апреля МГИМО с визитом вежливости посетила Чрезвычайный и Полномочный Посол Швеции в России Малена Мард.
1 апреля 2021

А.В.Торкунов встретился с воспитанницами Пансиона Минобороны России


1 апреля ректор МГИМО А.В.Торкунов посетил Московский кадетский корпус «Пансион воспитанниц Министерства обороны Российской Федерации».

Русский язык как доминанта странового брендинга: общественный дискурс о векторе взаимодействия России со странами Балтии и поддержке русскоязычного меньшинства. Вероятные сценарии эволюции проблемы

Воронина Дарья Евгеньева
магистр кафедры Мировой экономики и международных отношений
Факультета международных отношений РАНХиГС при Президенте РФ
119606 Москва, проспект Вернадского, 84
E-mail: voronina.darya.y@gmail.com

Аннотация: взаимоотношения, существующие между Россией и странами Балтийского региона, на сегодняшний день переживают сложный этап и имеют ряд неразрешенных вопросов вопреки многовековому историческому бэкграунду. В данной статье рассматриваются проблемы взаимоотношений России и стран Балтии под углом зрения возрастающего значения русского языка как доминирующего фактора странового брендинга России. Предлагаются возможные сценарии развития событий. Формулируются некоторые рекомендациями о трансформации медийного обеспечения внешнеполитического курса РФ в регионе.

Ключевые слова: информационное обеспечение внешней политики, страны Балтии, внешняя политика, русскоязычное меньшинство, русский язык, статус языка, общественный дискурс, Литва, Латвия, Эстония, страновой брендинг.

С момента распада Советского Союза прошло почти три десятилетия, и за этот период взаимоотношения между бывшими союзными республиками развивались в различных направлениях. На территории постсоветского пространства, сразу же после распада, было сформировано Содружество Независимых Государств, призванное служить «развитию и укреплению отношений дружбы, добрососедства, межнационального согласия, доверия, взаимопонимания и взаимовыгодного сотрудничества между государствами-членами». [3]

Тем не менее, не все государства избрали для себя путь дальнейшего развития сотрудничества в рамках обусловленного региона. Литва, Латвия и Эстония первыми объявили о выходе из состава СССР весной 1990 г. вслед за массовыми движениями в поддержку восстановления независимости на своей территории. Уже к началу 1990-х гг. не оставалось сомнений в переориентации стран Балтии[1] на Запад и желании разорвать связь с советским прошлым.

Эти стремления обусловлены существующей по сей день риторикой и о советской оккупации трех государств, возникшей в результате подписания в 1939 г. пакта Молотова-Риббентропа, закреплявшего разграничение сфер интересов в Восточной Европе между Советским Союзом и Германией. Уже 1940 г. Балтийские государства были окончательно инкорпорированы в состав СССР, что, по мнению ряда исследователей, напрямую нарушало не только принципы международного права, но и отдельные пункты соглашений ранее заключенных между государствами (напр. статья 5 пакта Латвии и СССР о взаимной помощи[2]).

Историческая память в вопросах насильственного присоединения и последующего искажения самоидентификации народа играет немаловажную роль в процессе определения вектора дальнейшего развития государства. Наибольшее обострение данный аспект приобретает у малых народов, для которых жизненно важное значение имеет не только вопрос «Кто мы?», но и «С кем мы?», ввиду недостаточности собственной политической и экономической мощи для независимого внешнеполитического курса на международной арене.

Угроза потери языка, культуры, религии и прочих составляющих самоидентификации, а также принудительная ассимиляция накладывает характерный отпечаток на восприятие политической реальности, в особенности, когда политический маятник в конечном итоге совершает колебание в сторону противоположной идеологии и формы государства.

Вступление в 2004 г. в НАТО и ЕС окончательно закрепило политический курс, избранный политическими лидерами трех государств, и ознаменовало их выход из сферы влияния Российской Федерации. Тем не менее, Балтийские страны были и остаются территориально близки России, а русскоязычная диаспора является крупнейшей в регионе. Все эти вопросы так или иначе оказывают значительное влияние на страновой брендинг представителей региона. Из таких элементов, как курс внутренней и внешней политики, вступление в различного рода объединения, и альянсы, позиционирование государства и региона на международной арене складывается страновой бренд, необходимость управления которым на сегодняшний день как никогда остро ощущается всеми акторами на международной арене.

Очевидно, что на сегодняшний день политику РФ в отношении стран Балтии тяжело назвать успешной, и никаких значительных изменений на протяжении долгого времени она не претерпевала. Данная статья главным образом ставит целью анализ текущего положения дел и представление возможных путей развития отношений России с Прибалтийским регионом.

Важнейшие положения о внешнеполитических целях и приоритетах Российской Федерации изложены в ее концепции внешней политики, и при обсуждении динамики их изменения показательно провести сравнение разделов, посвященных Прибалтийскому региону, в концепциях 1993 и 2016 гг.

Сразу после распада Советского Союза приоритетным направлением внешней политики РФ было установление надежных отношений с бывшими союзными республиками, включая страны Балтии. Эти намерения отражены в разделе о региональных приоритетах государства: «Хорошие перспективы имеет развитие отношений Российской Федерации с Литвой, Латвией и Эстонией. Россия выступает за то, чтобы повернуть эти отношения в русло добрососедства и взаимовыгодного сотрудничества. Непременным условием этого является уважение данными государствами российских интересов, в том числе в стержневом вопросе о соблюдении прав русскоязычного населения». [2]

В том же разделе о региональных приоритетах концепции 2016 г. Литва, Латвия и Эстония не упомянуты ни отдельно, ни в качестве региона. Часть раздела, однако, посвящена Совету государств Балтийского моря: «…Важная роль отводится участию России в кооперации в рамках Совета государств Балтийского моря. Россия выступает за дальнейшее раскрытие проектного потенциала "Северного измерения" и его партнерств как одной из платформ регионального взаимодействия в Северной Европе…»

Несмотря на то, что Литва, Латвия и Эстония и являются членами вышеупомянутого союза, становится очевидно, что основная ставка сделана на проекты, реализуемые в рамках кооперации с государствами региона Балтийского моря и «Северного измерения», коими, например, являются проекты «Северный поток» и «Северный поток-2», проходящие через исключительные экономические зоны и территориальные воды России, Финляндии, Швеции, Дании и Германии.

Политика России, реализуемая в отношении Литвы, Латвии и Эстонии на сегодняшний день, своего рода повторяет маршрут вышеупомянутых проектов – в обход Прибалтийского региона.

Несмотря на стагнацию в отношениях со странами Балтии, Российская Федерация не лишена заинтересованности в регионе. Во многом эта заинтересованность обусловлена стремлением обезопасить свои границы. Из концепции 2016 г. следует, что «Российская Федерация негативно относится к расширению НАТО, приближению военной инфраструктуры альянса к российским границам и наращиванию его военной активности в приграничных с Россией регионах как к действиям, нарушающим принцип равной и неделимой безопасности и ведущим к углублению старых и появлению новых разделительных линий в Европе». [3]

Это заявление может, в частности, быть воспринято и насчет Балтийских государств, располагающих военным контингентом альянса на своей территории. Кроме того, после выхода США и ДРСМД в феврале 2019 г. вероятность размещения ракет средней и меньшей дальности на территории Литвы, Латвии и Эстонии ставит под угрозу не только безопасность приграничной зоны с Россией, но и грозит новой гонкой вооружений, ставя под угрозу всеобщую европейскую безопасность.

Помимо этого, Прибалтийский регион территориально и экономически была и остается «буферной зоной» между Россией и Европой, и более эффективное взаимодействие позволило бы обеим сторонам улучшить собственные экономические показатели, перейдя к прагматичным инструментам реализация своих долгосрочных и краткосрочных целей.

Помимо всего прочего, территориальные особенности региона, а именно Литвы, играют важную роль в вопросе свободы перемещения граждан РФ по суше из Калининграда. Вдобавок, «отсекающие тарифы» Литовской железной дороги, сказывающиеся на повышении стоимости транспортировки грузов из Калининграда, являются инструментом влияния на экономический потенциал Калининградской области. Российская сторона заинтересована в поиске компромисса с Литвой в вопросе о снижении тарифов до разумного, выгодного обеим сторонам процента.

Немаловажным фактором, упомянутым в концепции 1993 г. является и русскоязычное население стран Балтии, испытывающее определенные трудности в вопросах получения гражданства, поддержания статуса русского языка и получения доступа к информационным и образовательным ресурсам на родном языке. Российская сторона заинтересована не только в поддержании русскоязычного населения на территории стран Балтии, но в использовании русскоязычного населения в качестве рычага давления на внутреннюю политику стран региона изнутри.

Таким образом, резюмируя вышеуказанные цели Российской Федерации в регионе, можно разделить их на соответствующие блоки:

  1. Обеспечение безопасности границ РФ;
  2. Нивелирование экономических барьеров и повышение экономических показателей обеих сторон путем взаимовыгодной кооперации;
  3. Поддержание русскоязычного населения стран Балтии.

Несмотря на то, что суждения об общей «прибалтийской идентичности» едва ли имеют связь с реальностью, и на деле политическая и экономическая ситуация в государствах отнюдь не гомогенна, регион ввиду своего географического расположения и общих исторических событий, приведших страны Балтии в ЕС и НАТО, являет собой тесно интегрированное экономическое пространство.

Помимо контактов с третьими государствами (главным образом ЕС и Россией), страны Балтии обладают прямыми экономическими связями внутри региона. Эти связи обусловлены общими для стран Балтии факторами, влияющими на внутренние рынки в целом, а также трансграничным воздействием специфических для стран факторов.

Вступление в ЕС, несомненно, дало толчок развитию экономик региона, но и привнесло определенные проблемы. Так, одним из главных вопросов на повестке для политиков Балтийского региона является проблема оттока населения. Для стран с небольшим населением отток в 1 млн – это ощутимая цифра. Как правило, молодая трудоспособная часть населения отправляется на заработки в более богатые страны ЕС (Приложение 1).

Определенные трудности экономики стран Балтии испытывают из-за недостатка собственных энергоресурсов, и при текущем положении дел зависимость от Российского топлива в рамках БРЭЛЛ видится главами Литвы, Эстонии и в особенности Латвии рычагом политического давления на регион. Несмотря на очевидный энергодефицит перекрываемый стабильными поставками электроэнергии в рамках БРЭЛЛ страны Балтии намерены выйти из электрического кольца, сделав выбор в пользу поставок из северной Европы и размещения на своей территории альтернативных источников энергии.

Помимо всего прочего, страны Балтии наряду с Украиной и Польшей как страны-транзитёры неоднократно выступали с заявления против проектов «Северный поток» и «Северный поток-2», ссылаясь на небезопасность проекта для окружающей среды и, вероятнее всего, опасаясь снижения поступления средств от транспортировки топлива в собственные бюджеты, апеллируя к повышению зависимости от РФ.

Выход Балтийского региона из сферы влияния России самостоятельно был бы невозможен ввиду ограниченных возможностей региона, и при таком раскладе необходимость обеспечения собственной безопасности была реализована путем присоединения к Североатлантическому Альянсу. Государства взяли на себя обязательства о повышении военных расходов до 2% от ВВП, а на их территории на сегодняшний день располагаются системы ПВО, центры передового опыта, а их военный контингент принимает участие в военных операциях НАТО. Более того, представители политической элиты региона не единожды заявляли о готовности и желании разместить на своей территории системы противоракетной обороны НАТО с целью обезопасить себя от российской угрозы.

Присоединений Крыма к Российской Федерации в 2014 г. негативно сказалось на восприятии внешней политики России жителями Прибалтийского региона. Часть представителей политических и академических кругов стала высказывать опасения относительно безопасности границ региона.

Наибольшую обеспокоенность прецедентом по всей видимости проявила Латвия. Раймондс Вейонис – министр обороны, а в последствии президент Латвии – выражал опасения о влиянии России на русскоязычное население страны и потенциальной возможности нарушения территориальной целостности стран Балтии, что якобы ставит под угрозу безопасность европейского континента в целом. [15]

Однако, согласно результатам исследования латвийского центра SKDS [13] об отношении жителей Латвии к Европейскому Союзу (Eiropas Savienība), США (ASV) и России (Krievija)[3], в восприятии действий правительства Российской Федерации наметились позитивные изменения. С 46% опрошенных с негативным отношением к России после украинских событий в 2015 г. показатель за два года изменился в лучшую сторону на 5%. Процент опрошенных в 2017 г. с позитивным отношением к России вышел на уровень 2008 г. Очевидно, что спад в одобрительном отношении опрашиваемых имел прямую связь с Крымскими событиями, но ввиду отсутствия реальной угрозы со стороны РФ по прошествии времени стабилизировался (Приложение 2).

Гораздо более значимыми проблемами, нежели проблема восприятия, однако, являются проблемы о «негражданстве» и статусе русского языка на территории стран Балтии. По состоянию на 2019 г. порядка 5,5% населения Эстонии и 10,5%  населения Латвии имеют статус неграждан. Подавляющее большинство из них – русские, украинцы, белорусы. Статус негражданина ограничивает жителей стран в выборе профессии, избирательных правах, правах на владение недвижимостью и т.п. Важно понимать, что большую часть неграждан составляет возрастное русскоязычное население, испытывающее трудности в изучении языка и прохождения процесса натурализации.

Не меньшим по значимости вопросом является и статус русского языка, а также возможность получения образования и информации на родном языке. Существует мнение о том, что сокращение числа русских школ связано с демографическими показателями стран, и наряду с русскими школами закрываются и прочие. Однако, в Латвии, где русский язык и образование на русском языке подвержены наибольшему давлению, вслед за переходом на билингвальную систему образования в среднеобразовательных школах был принят закон о полном переходе образовательной системы на латышский язык. Более того, запрет налагается на частные образовательные организации. [5]

Давлению подвергаются и русскоязычные информационные ресурсы. Так, в 2019 г. под предлогом введенных санкций были закрыты 9 русскоязычных телеканалов в Латвии, а несколько каналов в Литве были обвинены в разжигании межнациональной розни. Несмотря на доступность информации в сети Интернет, текущее положение дел делает затруднительным получение информации на родном языке для возрастного населения.

Аналогично, экономические связи России со странами Балтии едва ли можно назвать эффективными. На сегодняшний день выгодной географическое положение и существовавшие ранее хозяйственные связи не используются в полном объеме. Виной тому не столько вступление стран в ЕС, сколько политический курс политических лидеров. Статистика подтверждает неэффективность использования имеющихся преимуществ.

Таблица 1

Доля экспорта и импорта РФ
в торговом балансе стран Балтии в 2017 г. [16]

Доля от общего объема

Литва

Латвия

Эстония

Экспорт в РФ

11%

8,1%

10%

Импорт из РФ

12%

9,8%

9,7%

Для сравнения, с другими странами на постсоветском пространстве Россия поддерживает более тесные экономические отношения, являясь не только ключевым экспортером для бывших союзных республик, но и значительным рынком сбыта.

Таблица 2

Доля экспорта и импорта РФ
в торговом балансе Казахстана, Армении и Беларуси в 2017 г. [16]

Доля от общего объема

Казахстан

Армения

Беларусь

Экспорт в РФ

11%

23%

44%

Импорт из РФ

38%

29%

56%

Несмотря на это, уровень притока ПИИ в страны региона со стороны России можно считать одним из наиболее положительных аспектов экономических взаимоотношений. Россия остается вторым крупнейшим инвестором в экономику Латвии [12] и по разным оценкам обеспечивает от 36 до 50% роста ПИИ в экономику Эстонии. [11] Осуществление инвестиций в экономики стран Балтии – важный аспект продвижения собственных интересов в странах ближнего зарубежья.

Резюмируя изложенные выше факторы так или иначе влияющие на взаимоотношения России со странами Балтии, необходимо выделить следующие риски и противоречия между сторонами. Нерешенный вопрос о границе с Эстонией – не упомянутый раннее ввиду отсутствия предпосылок для совершения территориальных уступок со стороны России. Эстония сохраняет притязания на территории, закрепленные Тартуским мирным договорам, российская сторона считает вопрос закрытым. Возобновление гонки вооружений – выход США из ДРСМД, близость расположения контингента Альянса к российским границам, а также готовность стран Балтии к расположению на своей территории систем ПРО грозит возобновлением гонки ядерных вооружений и подрывом стабильности региона и национальной безопасности. Дискриминация русскоязычного меньшинства - ущемления в правах русскоязычной диаспоры отражает настроения правящих кругов. Массовая эмиграция русскоговорящего населения чревато потерей влияния на внутреннюю политику Балтии. Поддержка введения санкций против РФ - представители политических элит всячески поддерживают введение санкций в отношении России в особенности после украинских событий под предлогом угрозы собственной безопасности. Энергетическая и экономическая блокада Калининграда - перспектива выхода стран Балтии из БРЭЛЛ и усугубление отношений с Литвы и РФ может негативно сказаться на энергетической безопасности Калининградской области, а также привести к ее блокаде.

На базе изложенных факторов и рисков были разработаны потенциальные сценарии развития событий с целью реализации национальных интересов Российской Федерации на территории Балтийского региона.

Совершение ряда взаимных уступок - наиболее маловероятный сценарий. В обмен на документальное подтверждение отсутствия  притязаний на территории стран Балтии и урегулирование вопроса о границах с Эстонией Россия могла бы требовать  сокращения контингента Альянса у своих границ и отказа от размещения на своей территории ракет средней и меньшей дальности, а также систем ПРО.

Выстраивание политики в обход стран Балтии. Игнорирование упреков прибалтийских политиков в сторону Российской Федерации и концентрация на плодотворном развитии отношения с соседствующими Литва, Латвии и Эстонии странами ЕС и ЕЭЗ (Финляндия, Швеция, Норвегия, Дания, Германия и т.д.), тем самым вынуждая их идти на кооперацию под давлением нормализации отношении России и Евросоюза.

Приобретение рычагов давления на страны Балтии изнутри. При помощи подпитки диаспор-меньшинств, пророссийских СМИ, поддержки местного антиядерного движения и, в особенности, бизнеса Россия может достичь немалых успех в реализации своих национальных интересов. Диалог с диаспорами необходимо выстраивать через образовательно-культурную среду путем увеличения образовательных обменов, популяризации русского языка, кино, музыки и т.д. Проведение актуальных открытых лекций и конференций как на политические, так и на всевозможные другие темы поможет повысить востребованность русского языка и позволить создать тренд на его изучение.

Гораздо более мощным инструментом, однако, является продвижение собственных интересов посредством лоббирования собственных интересов через местных представителей бизнес среды. Для политиков могут быть важны идеология и стратегический курс, но для бизнеса в приоритете всегда будет оставаться максимизация прибыли при минимизации убытков. В случае, если России удастся создать благоприятные условия для ведения дел с прибалтийским бизнесом, его представители имели бы возможность продавливать российские интересы изнутри без видимого вмешательства России во внутренние дела государств. Данный сценарий может подразумевать особые условия для частного бизнеса в Балтийском регионе, увеличения ПИИ, транснационализации капитала и производства.

Продолжение стагнации в отношениях - наиболее вероятный сценарий, при котором Российская Федерация концентрируется на собственном имидже, роли на мировой арене и других, более приоритетных задачах, нежели нацеливается на выстраивание добрососедских отношений со странами Балтии.

Предложенные сценарии представляются реализуемыми с разной степенью вероятности и требуют более детальной проработки по созданию конкретных механизмов реализации интересов Российской Федерации в обусловленном регионе.

В настоящее время отношения, сложившиеся между Россией и Балтийским регионом,  во многом выстраиваются с оглядкой на советское прошлое и подвержены влиянию исторической памяти, нежели конструктивизма и прагматичности на принимаемые сторонами решения. Основополагающие элементы странового брендинга Литвы, Латвии и Эстонии очевидно носят характер противопоставленности советскому прошлому и какой бы то ни было связи с российским настоящим.

Вне зависимости от того, в каком состоянии отношения находятся на данный момент, географическая близость и общее прошлое делают страны Балтии в перспективе важными партнерами РФ, которые из этого партнерства могут извлечь немалую политическую и экономическую выгоду для самих себя. Нормализация отношений с Российской Федерацией и восстановление конструктивного диалога позволило бы прийти к значимым изменениям в текущем положении дел обеих сторон без угрозы потери суверенитета и контроля над собственной территорией.

Российская сторона не раз заявляла об отсутствии притязаний на Балтийские территории и необходимость налаживания отношений, и несмотря на то, что сегодня эти задачи видятся трудно реализуемыми в перспективе на 5-10 лет они и не представляются  в корне утопичными и не реализуемыми.

Несмотря на то, что на данный момент представление о скорейшей нормализации отношений между Россией и странами Балтии выдается затруднительным, сдвижение отношений с мертвой точки путем поиска наиболее благоприятных точек соприкосновения на базе изложенных сценариев может быть успешно реализовано.

Комбинация решений, предложенных в вышеуказанных сценариях, может позволить прийти к наилучшему эффекту. Так, Российской Федерации действительно необходимо провести работу для выстраивания правильного имиджа с целью создания необходимой базы для применения мягкой и умной силы. На данный момент, в особенности после присоединения Крыма, политический имидж России претерпел значительные изменении в восприятии за рубежом.

Параллельно с этим могут притворяться в жизнь второй и третий сценарии, нацеленные на совершенствование механизмов реализации внешней политики России в регионе Балтии. Синергия нескольких сценариев обеспечит внешнеполитический курс страны многогранностью и гибкостью подходов к реализации национальных интересов.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Концепция внешней политики Российской Федерации // URL: (12 февраля 2013 г.) https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70218094/ (дата обращения 10.01.2020).
  2. Раздел IV концепции внешней политики РФ 1993 г.
  3. Указ Президента Российской Федерации от 30.11.2016 г. № 640 «Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации» // URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/41451 (дата обращения 10.01.2020).
  4. Устав Содружества Независимых Государств 22 января 1993 года Ратифицирован постановлением Верховного Совета РФ от 15 апреля 1993 года N 4799-1 // URL: http://docs.cntd.ru/document/1903017 (дата обращения 10.01.2020).
  5. Закон об образовании в Латвии. URL: https://likumi.lv/ta/en/en/id/50759-education-law
  6. Меньшиков П.В. Внешнеполитический PR. Отпеваем или воспеваем? Служба PR. 2015. №5. С. 35-40.
  7. Меньшиков П.В. Коммуникация как управленческая функция современного государства. Право и управление. XXI век. 2017. № 3 (44). С. 81-90.
  8. Меньшиков П.В. Эволюция государственной информационной политики в России. Международные коммуникации. 2017. № 4. С. 3.
  9. Открытые данные Всемирного банка. // URL: https://data.worldbank.org/.
  10. Офицеров-Бельский Х. Отключение Прибалтики от БРЭЛЛ: последствия для Беларуси и России. // Евразия эксперт. URL: http://eurasia.expert/otklyuchenie-pribaltiki-ot-brell-posledstviya-dlya-belarusi-i-rossii/.
  11. Пайдерс Ю Интересы Латвии — на первом месте. // Neatkarigas Rita Avize. URL: https://inosmi.ru/politic/20180204/241355203.html.
  12. Прямые иностранные инвестиции в Латвии. URL: http://www.liaa.gov.lv/en/invest-latvia/investor-business-guide/foreign-direct-investment
  13. Твит Arnis Kaktiņš – главы исследовательского центра SKDS от 01.10.2017 https://twitter.com/ArnisKaktins/status/914484753356685312.
  14. 6 reasons not to worry about Russia invading the Baltics. Washington Post // URL: https://www.washingtonpost.com/news/monkey-cage/wp/2015/11/12/6-reasons-not-to-worry-about-russia-invading-the-baltics/ (дата обращения 10.01.2020).
  15. Poissonnier А. The Baltics: Three Countries, One Economy? European Commission Directorate-General for Economic and Financial Affairs economic brief from 24.04.2017.
  16. The Observatory of Economic Complexity. BACI database.
  17. World Bank Open Data. Population, total – Latvia, Lithuania, Estonia. URL: https://data.worldbank.org/indicator/SP.POP.TOTL?end=2019&locations=LV-LT-EE&start=1991

RUSSIAN LANGUAGE AS A DOMINANT OF COUNTRY BRANDING: PUBLIC DISCOURSE ON THE VECTOR OF RUSSIA'S INTERACTION WITH THE BALTIC COUNTRIES AND SUPPORT OF THE RUSSIAN-SPEAKING MINORITY. PROBABLE SCENARIOS OF THE EVOLUTION OF THE PROBLEM

Darya Voronina, Master of the Department of World Economy and International Relations. Faculty of International Relations RANEPA under the President of the Russian Federation. 119246, Moscow, Vernadsky Prospekt, 84. E-mail: voronina.darya.y@gmail.com.

Annotation: The relationship existing between the Russian Federation and the countries of the Baltic region today is going through a difficult stage and has a number of unresolved issues despite the centuries-old historical background. This article examines the problems of relations between Russia and the Baltic States from the point of view of the growing importance of the Russian language as the dominant factor in the country branding of Russia. Possible scenarios for the development of events are proposed. Some recommendations are formulated on the transformation of the media support of the foreign policy of the Russian Federation in the region.

Keywords: information management of foreign policy, the Baltic states, foreign policy, Russian-speaking minority, Russian language, language status, public discourse, Lithuania, Latvia, Estonia, country branding.

Приложение 1

Демографическая ситуация в странах Балтии [17]

Приложение 2

Отношение жителей Латвии к Европейскому Союзу (Eiropas Savienība), США (ASV) и России (Krievija) [13]

 

[1] Под терминами «Прибалтийский/Балтийский регион» и «страны Балтии» в данной статье подразумеваются Литва, Латвия и Эстония.

[2] «Проведение в жизнь настоящего пакта ни в какой мере не должно затрагивать суверенных прав Договаривающихся Сторон, в частности их государственного устройства, экономической и социальной системы и военных мероприятий. Участки, отводимые под базы и аэродромы (ст. III), остаются территорией Латвийской Республики».

[3] Вопрос респондентам: «Ваши взгляды на ... позитивны, скорее позитивны, скорее негативны или очень негативны?» На диаграмме: желтый – «позитивно», серый – «затрудняюсь ответить», синий – «негативно».