Журнал «Международные коммуникации»

Издание факультета Международной журналистики МГИМО МИД России

Архив

№3

Русский язык

О словаре нового типа – Большом толково-объяснительном словаре русского языка

Я.Л.Скворцов

Я.Л.Скворцов,
к.социол.н., доцент кафедры международной журналистики,
декан факультета Международной журналистики МГИМО МИД России
e-mail: skwortzow@yandex.ru

Аннотация: Вниманию читателя предлагается новый тип словаря современной русской речи – Большой толково-объяснительный словарь русского языка. Ученик С.И. Ожегова, многолетний редактор ожеговского «Словаря русского языка» Л.И. Скворцов вслед за «Большим толковым словарем правильной русской речи» (самое полное и авторитетное издание по культуре русской речи) начал работу над Большим толково-объяснительным словарем русского языка, объединяющего функции Толкового словаря и энциклопедии. Такой труд представляет собой первый опыт создания словаря лингво-энциклопедического типа, необходимость которого в последние годы все ясно осознается как научной, так и широкой общественностью. Автор статьи анализирует опыт работы над толково-объяснительным словарем, дает представление о его структуре и методологии составления.

Ключевые слова: русский язык, словарь, толко-объяснительный словарь, лингвистика.

Как измерить век словаря, каков срок его «службы» (или «годности»)? По мнению выдающегося русского лингвиста и лексикографа, ученика великого С.И. Ожегова и многолетнего редактора его Толкового словаря русского языка Л.И. Скворцова (1934 г., Суздаль – 2014 г., Москва), толковые словари русского литературного языка способны прожить без особых изменений около 60-70 лет. Если же вносить в них требуемые изменения и дополнения – до века. «С чем это связано? Прежде всего, со сменой поколений говорящих и пишущих: через два—три поколения языковые изменения очевидны. И происходит это, во-первых, по законам внутреннего (имманентного) языкового развития, изменения его системы, а во-вторых, под воздействием внеязыковых, экстралингвистических факторов, – изменения общественного языкового вкуса, новых привычек, представлений, сложившихся или складывающихся вновь общественных отношений и т.п. Следует учитывать также перемены в духовной жизни носителей языка, новые оценки и переоценки «старого» и «нового», устарелого и актуального в употреблении важнейшего средства общения, – родного языка» [3, c.25].

Так у Л.И. Скворцова возникла идея «Большого толково-объяснительного словаря» (который поначалу автор хотел назвать «Ожегов – XXI век»). Словарь совмещает в себе принципы собственно лингвистического описания (толкования слов и выражений) с элементами историко-энциклопедических, предметно-бытовых и иных объяснений самих реалий: вещей, явлений и событий, стоящих за фактами языка в их объективном динамическом развитии и строго современной научной интерпретации.

По замыслу автора-составителя, создаваемый словарь представляет собой первый опыт создания словаря лингво-энциклопедического типа. Словарь должен явить собой лексико-семантическое и художественно-образное зеркало современного русского национального самосознания, как оно выражено в языке нашего общества. «Он может быть полезен как отечественному читателю, для которого русский язык является родным с детства, так и иностранцам, которые изучают русский язык и культуру России, стремясь больше узнать о ее истории, литературе, современной цивилизации, лучше понять характер и настроение современного русского (и российского) человека, выявляемые через языковую сферу, образные, выразительные ее средства, накопленную в веках мудрость и афористичность» [3, c.25].

В настоящее время в издательстве «Мир и Образование» завершается работа над первым томом «Большим толково-объяснительным словарем русского языка», завершить которую при жизни, к сожалению, Л.И.Скворцов не успел…

Говоря об авторе-составителе следует упомянуть, что основные научные труды Л.И. Скворцова посвящены проблемам современного русского языка, теории и практики культуры русской речи и нормализации, вопросам социальной диалектологии (жаргоны, арго, сленг), стилистики и грамматики, языка художественных произведений, терминологии, орфографии, лексикологии и лексикографии, истории отечественного языкознания.

Более 30 лет научной деятельности автор посвятил Институту русского языка АН СССР (ныне – Институт русского языка РАН имени В.В. Виноградова). Определяя само понятие «культура речи», Л.И. Скворцов говорил о владении языковыми нормами (прежде всего произношения, ударения и словоупотребления), а также умении использовать выразительные языковые средства в разных условиях общения и в соответствии с целью и содержанием. Кроме того, по Скворцову, культура речи – это и специальная языковедческая дисциплина, направленная на изучение и совершенствование литературного языка как инструмента культуры. «Наука о культуре речи обобщает положения и выводы нормативной грамматики и стилистики с целью живого, оперативного воздействия на языковую практику. Однако в отличие от нормативной стилистики учение о культуре речи распространяется и на те речевые явления и сферы, которые не входят в канон литературного языка и в систему литературных норм (внелитературное просторечие, обиходно-разговорная речь, территориальные и социальные диалекты, жаргоны, профессиональная речь и т.п.)» [4, c.5].

Важная деталь: языковая культура в области словоупотребления предполагает не только правильность, но и лексическую и стилистическую чистоту речи: свободу ее от диалектизмов и жаргонизмов, вульгаризмов, профессионализмов, штампованных слов и выражений, ненужных иноязычных заимствований.

Говоря о культуре речи, Л.И. Скворцов постоянно отмечал многогранность самого понятия. Он, в частности, писал: «О культуре речи можно говорить с точки зрения нормативности, правильности, т.е. соответствия нашей речи правилам грамматики, произношения, ударения, стилистически верного и уместного употребления слов и выражений в соответствии с условиями, задачами и целями общения. О культуре речи можно толковать и с позиций общей культуры человека – как она проявляется и выявляется в «речевом поведении», в знании языковых художественных богатств, в умении ими пользоваться, осваивая в ряду других достижений цивилизации. Культура речи предстает в этом плане как часть национальной культуры. Культуру речи можно рассматривать и в социологическом аспекте – как речевую деятельность человека с учетом его социального и возрастного статуса, особенностей речеизъявления, характерных для тех или иных групп говорящих (профессиональных, корпоративных, классовых и других объединений в их взаимовлиянии и взаимопроникновении). Культуру речи можно представлять и оценивать в историческом аспекте – как формирование и развитие литературного языка, становление, изменение и совершенствование его нормативной системы, с выделением в ней нового и старого, традиционного и современного, общепринятого и индивидуально-авторского. Словом, как накопление в веках языковой (лексической, фразеологической и т.п.) сокровищницы. И наконец, культура речи может быть осмысленна и в экологическом аспекте – как часть нашей здоровой окружающей «языковой среды», нашего речевого существования, освобожденного и от грубых ошибок, и от досадных неточностей, и от всего, что засоряет, огрубляет, стилистически снижает или «усредняет», нивелирует нашу речь, снижает нашу общую духовность»[5, c.3].

Кандидатская диссертация, защищенная Л.И. Скворцовым в 1966 году, была посвящена «Взаимодействию литературного языка и социальных диалектов (по материалам русской лексики послеоктябрьского периода)». В 1978 году отец защитил докторскую диссертацию на тему «Теоретические основы культуры речи»; монография под тем же названием увидела свет в 1980 голу в издательстве «Наука».

Всего же из-под пера Л.И. Скворцова вышло около 400 научных и научно-популярных работ, в том числе 20 книг. Он ввел в научный оборот понятия динамической нормы, включив в нее признак потенциальных возможностей реализации языка. Предложил различать два подхода к норме: таксономический (описательный) и динамический. Разграничил нормы императивные (строго обязательные) и диспозитивные (восполнительные, допускающие вариативность); предложил более строгое разграничение понятий «нормализация» и «кодификация». Динамическая теория нормы (соединяющая статику и динамику, синхронию и диахронию) требует учета объективных тенденций развития языка и вместе с тем бережного отношения к речевым навыкам, унаследованным от предшествующих эпох и поколений. В соответствии с динамической теорией нормы, культура речи не ограничивается аспектами «правильное–неправильное», «уместное–неуместное», а распространяется на внелитературные сферы речи (оценку социальных, профессиональных и местных диалектизмов), на проблему культуры языка как важнейшей части национальной культуры, на речевое воспитание говорящих и пишущих по-русски.

Совместно с В.П. Даниленко он разработал аспект профессионального варианта нормы, важный для теории и практики нормализации, прежде всего – в сфере терминологии.

По сути, отдельным направлением в научной деятельности Л.И. Скворцова стала профилактика неоправданного использования иноязычных заимствований. «Использование иноязычных слов в родной речи прямо связано с таким ее качеством, как чистота. Точность, опрятность, говорил А.С.Пушкин, есть первые достоинства прозы; она требует мысли и мысли <…> Среди заимствований следует различать уместные, необходимые и ненужные, засоряющие родной язык, ведущие к неясности, непониманию и т.п. Заметьте, что разные стили языка по-разному относятся к иноязычным заимствованиям, и в связи с этим варьируются и наши оценки: то, что возможно, допустимо или даже необходимо, например, в научной речи (в силу ее терминологической точности) или в публицистике (в качестве обозначения зарубежных реалий, фактов материальной или духовной жизни), может быть нарочитым, неуместным или непонятным в русской обиходно-разговорной речи, в стилистически нейтральном общении» [5, c.107].

Как уже отмечалось выше, Л.И. Скворцов одним из первых обратился к теоретическим и практическим вопросам экологии слова, лингвоэкологии. В этот термин он вкладывал задачу сохранения и очищения речевой «среды обитания», повышения ее нравственно-семантического уровня, воспитания любви к родному слову, к языку русской художественной литературы. «Язык запечатлевает историю народа. Язык – это сама культура, процесс и результат ее накопления и обновления. Можно, конечно, отказаться от национальных языков и перейти директивным путем, скажем, на эсперанто. Тем самым решить – одним махом – все проблемы: исторические, национальные, культурные, педагогические… Но ведь никто не пойдет на отрыв от национальных и культурных корней, на отказ от своих истоков, от своей «среды обитания». Значит, в современную эпоху возрастает многократно ответственность ученых, писателей, педагогов, всех патриотов за будущее родного языка, за судьбу национальной культуры. Существуют слова «живые» и «мертвые». Это – как живая и мертвая вода в народных преданиях и сказках. Живая вода – проточная, текущая или бьющая ключом, живительная влага. Таковые и «живые» слова. Они чисты, образны, глубоки по смыслу. Слова нравственные и здоровые по самой своей сути, по обозначенным ими понятиям. <…>Но кроме «живых» слов есть и «мертвые» слова – больные, нездоровые, безóбразные и безобразные (как и стоящие за ними понятия).<…> Слова- символы, слова-уродцы, растлевающие слова, от злой сути которых наше общество уходит через обновление, покаяние и нравственное очищение. Уходит через экологию слова, через экологию души и совести» [5, c.30-31].

К «живым» словам Л.И. Скворцов относил, например, слово «соборность», связанное с «гармонией мироустройства, с представлениями о человеческом согласии, общественном единстве. Эту гармонию, эту соборность искали обычно в жизни народа, в патриархальном укладе русской деревни. Ф.М. Достоевский осмысливал эту идею как православную соборность. Так или иначе, соборность – это понятие, наиболее точно выражающее сущность русской национальной идеи. Слова соборный, соборность, своеобразно осмысленные, стали особо актуальными и употребительными в наше время, воплощая идеи духовного обновления на базе общего дела и общих целей» [5, c.30-31].

В качестве примера слов «мертвых» Л.И. Скворцов приводит, в частности, слова сталинщина, ждановщина, брежневщина. Вообще, говоря о состоянии русской языковой культуры, отец неоднократно подчеркивал: нынешнее время – абсолютно особое. Многим словам и понятиям возвращается их подлинный, первоначальный смысл. Например, честь, справедливость, милосердие, совесть и совестливость, духовность, добропорядочность, добросердечие, раскаяние, исцеление, благотворительность, благородство.

Внимательно отслеживая речевую динамику, изменения в языковой среде, Л.И. Скворцов все свою сознательную научную жизнь активно участвовал в подготовке (редактировании, исправлении и пополнении новыми словарными статьями) очередных изданий словаря русского языка профессора С.И. Ожегова, стараясь бережно сохранить выработанные его автором и учителем отца принципы краткости, популярности и строгой нормативности. В 2012 году под его редакцией вышло 28-е, последнее для Льва Ивановича, исправленное и дополненное издание ожеговского «Толкового словаря русского языка», состав которого был существенно расширен.

Говоря о работе над словарем, автор-составитель подчеркивал, что словарь С.И. Ожегова стал универсальным справочным пособием по всем языковым уровням. Словарь представляет собой подлинную энциклопедию культуры русской речи в ее современном состоянии, развитии и исторической перспективе.

Но в последние годы жизни Л.И. Скворцов как редактор Ожеговского словаря признавал, что в классическом виде словарь С.И. Ожегова перестал отвечать современным требованиям, отстал от достижений лингвистической науки и лексикографической практики. Попытки «модернизации» словаря ситуации кардинально не улучшали. Так и возникла идея словаря нового типа.

Подобно Ожеговскому словарю, «Толково-объяснительный словарь русского языка» Л.И. Скворцов задумывался его как словарь однотомный, но уже в процессе работы стало понятно, что одним томом труд не ограничится. Основные принципы создания, назначение, состав и структура словаря изложены в публикуемом здесь «Проекте», посему остановимся лишь на ключевых позициях. Толково-объяснительный словарь следует трем основным принципам: краткость (как и в Ожеговском словаре), но принципиальное отличие заключается в том, что практически каждое толкование сопровождается иллюстративным языковым материалом – словосочетаниями, типичными речениями, репликами, пословицами и поговорками (от «словотолка», «лексикона» - к подлинному «словарю языка», передающему его структуру в возможных словосочетаниях и их вариациях).

Популярность предлагаемого словаря предполагает решительный отход от упрощенного описания в Ожеговском словаре целых серий лексического материала русского языка наших дней. Сказанное относится, например, к названиям народов России и мира (указание самоназвания, устаревшего и современного наименования, указание на этноязыковую принадлежность), к наименованию старых и новых видов спорта (происхождение игры и ее правила; сведения об олимпийском статусе), химических элементов (порядковый номер в таблице Менделеева, область применения в промышленности), научных терминов (сведения предметно-бытового и собственно науковедческого свойства).

Что касается принципа строгой нормативности, то здесь автор Словаря предполагает самый обширный среди современных толковых и собственно нормативных словарей русского языка перечень жанрово-стилистических помет: около 30 единиц.

В инновационном плане существенным является включение в состав Словаря лексики сниженного просторечия, «олитературенного» пласта жаргонной и арготической лексики, получившей широкое распространение в языке современной художественной литературы, в публицистике. Грубо-просторечные слова и узкая профессионально-жаргонная лексика как «противоречащие толковому словарю нормативного типа, цель и задачи которого не в последнюю очередь связаны с повышением общей и речевой культуры общества», в Словарь не вошли.

Стоит также упомянуть о религиозной терминологии, в особенности – православной. Как отмечает автор-составитель Словаря, в толковых словарях советской эпохи в силу очевидных причин этот слой лексики был представлен весьма бедно и с обязательной идеологической «материалистической» оценкой (типа: «по мистическим религиозным представлениям», «в соответствии с реакционно-идеалистическими взглядами» и т.п.). До сих пор не во всех толковых словарях можно найти подробные пояснения таких слов и выражений, как, например, смертный грех и двунадесятные праздники. Этот очевидный пробел восполняется новым Словарем.

Полагаю, что выход в свет первого тома «Большого толково-объяснительного словаря русского языка» Л.И. Скворцова вызовет интерес как в научной и академической среде, так и у широкого круга любителей русской словесности. Так как работа над словарем не завершена, правообладатель и издатель будут признательны как за замечания и предложения по этому тому, так и за предложения по сотрудничеству над завершением задумки Л.И.Скворцова.

Источники:

  1. Ожегов С. И. Толковый словарь русского языка / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. − 4-е изд., доп. − Москва: Азбуковник, 2000. – 940 с.
  2. Скворцов Л.И. Большой толковый словарь правильной русской речи / Скворцов Л.И. – М.: Мир и Образование, Оникс, 2009. – 1104 c.
  3. Скворцов Л.И. Большой толково-объяснительный словарь русского языка. Принципы создания. Назначение. Состав и структура. – Вестник Литературного института имени А.М. Горького №1, 2013. – С.25
  4. Скворцов Л.И. Правильно ли мы говорим по-русски? – М.: Знание, 1980.
  5. Скворцов Л.И. Экология слова, или Поговорим о культуре русской речи. – М.: Просвещение, 2007.

 

Yaroslav Skvortsov, PhD, Associate Professor of the Department of International Journalism, MGIMO.

MGIMO 119454, Moscow Vernadsky Prospekt, 76

A New Type of Dictionary – The Big Explanatory Dictionary of the Modern Russian Language

Abstract: Readers attention is drawn to the new type of the modern language dictionary - The big explanatory dictionary of the Russian Language. L. Skvortsov, as a student of S. Ozhegov and a longtime editor of his "Russian Dictionary", started working on "the Big explanatory Dictionary" after writing "The big explanatory dictionary of the proper Russian language". "The Big explanatory Dictionary" combines both features of the explanatory dictionary and the encyclopedia. Such effort is the first experience of creating the linguistic and encyclopedic type of dictionary, the importance of which has been comprehended recently both by the scientific community and the general public. The author analyzes the experience of working on the explanatory dictionary, summarizes its structure and the methodology of compiling it.

Key words: Russian language, dictionary, explanatory dictionary, linguistics

References:

  1. Ozhegov S. I. Tolkovyj slovar' russkogo jazyka / S. I. Ozhegov, N. Ju. Shvedova. − 4-e izd., dop. − Moskva: Azbukovnik, 2000. – 940 s.
  2. Skvorcov L.I. Bol'shoj tolkovyj slovar' pravil'noj russkoj rechi / Skvorcov L.I. – M.: Mir i Obrazovanie, Oniks, 2009. – 1104 c.
  3. Skvorcov L.I. Bol'shoj tolkovo-objasnitel'nyj slovar' russkogo jazyka. Principy sozdanija. Naznachenie. Sostav i struktura. – Vestnik Literaturnogo instituta imeni A.M. Gor'kogo №1, 2013. – S.25
  4. Skvorcov L.I. Pravil'no li my govorim po-russki? – M.: Znanie, 1980.
  5. Skvorcov L.I. Jekologija slova, ili Pogovorim o kul'ture russkoj rechi. – M.: Prosveshhenie, 2007.